Главная | Источники | 

Судьба "испанца"  ( лётчик - истребитель Михаил Федосеев ).

Федосеев Михаил Андреевич

Михаил Андреевич Федосеев родился в Казани 20 сентября 1912 года. Подобно большинству своих сверстников, он рано начал трудовую жизнь. Михаилу довелось поработать на Нижегородском судостроительном заводе "Красное Сормово", на лесозаготовках и на строительстве химкомбината в Пермской области.

Карьера рабочего была прервана лозунгом 1930-х годов - "Комсомольцы - на самолёт !". По комсомольской путёвке Федосеев отправился в Оренбургскую военную школу лётчиков. Успешно пройдя обучение, он до лета 1938 года служил инструктором в Борисоглебской школе лётчиков, а затем - в 4-й эскадрилье 56-й истребительной авиабригады Киевского военного округа.

Тем временем в Европе уже становилось "жарко" - в огне гражданской войны полыхала Испания. В этой войне Советский Союз выступил на стороне законного республиканского правительства. В Испанию направлялись советские военные советники, лётчики, танкисты. Но обстановка на фронтах складывалась не в пользу республиканцев. Антиправительственные повстанцы под руководством Франсиско Франко, получавшие обильную военную помощь от Гитлера и Муссолини, владели стратегической инициативой как на земле, так и в воздухе. Документы скупо констатируют: "Со второй половины 1937 года обстановка в воздухе стала резко меняться не в пользу республиканцев".

Потери были весьма велики. Прибывшая в начале апреля 1938 года в Испанию очередная группа из 42 советских лётчиков - истребителей всего за 23 летных дня в период с 10 апреля по 23 мая 1938 года потеряла выбывшими из строя по различным причинам 25 человек. Из них 4 погибли в боях, 1 в тренировочном полёте, 2 пропали без вести, 10 были ранены, 2 заболели и ещё 6 пришлось отчислить как, непригодных к боевой работе.

Для поправки положения из Советского Союза спешно прислали новую группу из 34 истребителей. На этот раз руководство ВВС отнеслось к подбору пилотов более тщательно. В состав группы вошли опытные строевые лётчики и 6 инструкторов из 8-й школы пилотов, расположенной в Одессе, чей уровень лётной подготовки был значительно выше чем у большинства других советских пилотов. 20 июня 1938 года эта группа, в состав которой вошёл и лейтенант Михаил Федосеев, прибыла в Испанию.

К тому времени обстановка в небе над фронтом для республиканцев ещё более ухудшилась. Авиация франкистов продолжала увеличивать свою мощь. В частности, в составе пресловутого "Легиона Кондор" появилась ещё одна, 3-я эскадрилья "Мессершмиттов-109" - наиболее грозного противника республиканской авиации.

И-16 ведут бой с Ме-109В.

Неблагоприятное для республиканцев соотношение сил могла исправить очередная партия из 90 истребителей И-16, прибывшая в Каталонию в первых числах августа. Однако, судя по архивным документам, все прибывшие самолёты имели множество дефектов, главный из которых - ненадёжность двигателей. Документ, названный "Боевое использование ВВС в последний период войны в Испании" и составленный в штабе ВВС РККА в 1939 году, констатирует: "В августе - сентябре 1938 года имело место много аварий новых моторов. Лётчики стали бояться летать на самолётах с этими моторами. В каждом полёте в бою сдавали моторы, но заменить плохие моторы было нечем. Лётчики очень тяжело переживали это, ибо знали, что некоторые из их товарищей погибли в боях, по предположениям, только из-за сдачи мотора в бою".

Все эти причины вызывали упадок духа у многих испанских республикансшх лётчиков: советник А. П. Андреев так характеризовал сложившуюся обстановку: "На фронте Эбро имели место случаи ухода истребительных эскадрилий с фронта раньше положенного срока, патрулирование на большом расстоянии от передней линии фронта и боязнь друзей  ( испанцев - примечание автора )  перед полётами над фронтом и территорией, насыщенной зенитным огнём. Имел даже место случай, когда, увидев количественное превосходство фашистов, 2 эскадрильи И-16 ушли с фронта, оставив на фронте одну нашу эскадрилью в невыгодном положении".

Основная нагрузка в такой ситуации выпадала на наших ребят, которые, несмотря ни на что, до конца исполняли свой интернациональный и воинский долг. Основное время группой руководил лётчик - инструктор Сергей Иванович Грицевец, впоследствии ставший одним из первых дважды Героев Советского Союза и так нелепо погибший в авиакатастрофе в сентябре 1939 года.

И-16 тип 10. Испания, 1938 год.

В период с 25 июля по 15 ноября 1938 года излучина реки Эбро стала главной ареной боевых действий испанской гражданской войны. Республиканцы, форсировав реку, перешли в наступление, но были остановлены и в конечном итоге под воздействием контрударов были вынуждены вернуться на исходные позиции.

В этом сражении и пришлось принимать участие последней группе советских добровольцев. С 4 июля новички стали постепенно втягиваться в боевую работу. 13 июля 1938 года восьмёрка лётчиков из новой группы, в том числе и Михаил Федосеев, впервые участвовали в воздушном бою. Прикрывая свои бомбардировщики, советские пилоты, без потерь, записали на свой счёт 2 сбитых итальянских истребителя Fiat CR.32. В дальнейшем испанский опыт, полученный Михаилом в прикрытии своих самолётов, спасёт жизнь ещё многим экипажам, ну а пока предстояли упорные бои.

Испытания, выпавшие на долю этой группы советских добровольцев, превосходили всё, что было испытано нашими лётчиками в Испании раньше. В течение 3-х месяцев почти ежедневных воздушных схваток, с 4 июля по 5 октября, лётчики группы записали на свой счёт 80 побед. Наибольших успехов добились Грицевец и Федосеев, проведшие в Испании соответственно 42 и 40 воздушных боёв, в которых лично сбили 6 и 5 вражеских самолётов.

Но и потери были весьма велики: к концу сентября в строю оставались только 14 человек: 9 лётчиков погибли, ещё 11 выбыли из строя по ранениям и болезням. Зато "выкристаллизовавшиеся" в ходе боёв пилоты, обрели бесценный опыт и навыки воздушных бойцов. К концу своей "командировки" они почти перестали нести потери, при этом продолжая наносить противнику серьёзный урон. Так, 4 октября пятёрка наших лётчиков  ( С. Грицевец, М. Федосеев, Н. Герасимов, И. Свергун и М. Онищенко )  "не дойдя до Эбро, завязали бой с "Юнкерсами" и "Мессершмиттами", бой длился 45 минут, в результате боя сбит 1 "Мессершмитт", с нашей стороны потерь не имеется. Задание выполнено".

Немецкий лётчик выпрыгнул с парашютом и был взят в плен. Сбитым оказался не кто иной, как сам Отто Бертрам - командир эскадрильи, один из наиболее опытных и результативных асов "Легиона Кондор", имевший на счету 8 побед.

И-16 тип 10 Михаила Федосеева. Испания, 1938 год.

23 сентября 1938 года на сессии совета Лиги Наций премьер - министр Испании Хуан Негрин объявил об одностороннем выводе из Испании всех республиканских бойцов, не имеющих испанского гражданства, после чего большинство "интербригадовцев" покинули страну. Республиканцы напрасно надеялись, что после этого жеста доброй воли немецкие и итальянские войска тоже прекратят своё участие в войне на стороне франкистов.

Федосеев Михаил Андреевич

Лишь группе советских истребителей испанцы попросили продлить срок спецкомандировки. Однако с такой постановкой вопроса советское руководство не согласилось. Видя, что война в Испании фактически уже проиграна, оно стремилось спасти ценные лётные кадры.

5 октября 1938 года в 7:40 утра семёрка советских пилотов, вылетев по тревоге, перехватила вражеские бомбардировщики и вынудили их сбросить бомбы мимо цели. Вернувшись в 9:05 на аэродром, 5 пилотов во главе с Федосеевым уже через 15 минут вновь взлетели по тревоге, но на этот раз противника обнаружить не удалось. В 9:50 самолёты вернулись на аэродром. Это был последний вылет советских лётчиков - истребителей в небе Испании. Вскоре они уже плыли на пароходе, увозящем их на родину.

О том, насколько вольготно почувствовали себя вражеские лётчики после отбытия наших истребителей, можно судить по воздушному бою, произошедшему спустя 5 дней - 10 октября 1938 года. В тот день шестёрка СБ с советскими экипажами вылетела на бомбардировку войск противника. На подходе к аэродрому истребителей прикрытия у одного СБ из ведущего звена сдал мотор, бомбардировщик развернулся на обратный курс, а его место занял самолёт из ведомого звена. На прикрытие взлетело 24 И-16 с испанскими лётчиками, и группа пошла к линии фронта. Однако там республиканцев уже ждали. На фоне большого облака экипажи бомбардировщиков заметили 6 "Мессершмиттов-109"  ( правда, один из наших авиаторов заявил, что было только 4 вражеских самолёта ), которые атаковали и связали боем истребители прикрытия. К цели бомбардировщикам пришлось идти одним. В результате уже на боевом курсе, открыв бомболюки, СБ подверглись внезапной атаке пары Mе-109, выскочившей из-за облака.

С ходу атаковав ведущее звено, сбив 1 бомбардировщик и сильно повредив 2 других, немцы развернулись и атаковали замыкающую пару.

Во время второй атаки стрелкам СБ удалось повредить самолёт одного из нападавших. "Мессершмитт" вышел из боя и произвёл аварийную посадку на своей территории. Напарник немца также прекратил бой и прикрыл возвращение подбитого самолёта.

Ме-109 атакует СБ.

В сбитом СБ погиб стрелок Захар Скутов  ( последний павший в Испании советский доброволец ). Два других члена экипажа спаслись на парашютах. Ещё 2 СБ не из-за полученных повреждений не смогли долететь до своего аэродрома и сели на площадках истребителей. Один тяжело повреждённый бомбардировщик, с застрявшей в бомболюке бомбой, сумел вернуться на свой аэродром. При посадке этот самолёт загорелся, на пробеге его развернуло, шасси подломилось, а бомба сорвалась с замков. К счастью, взрыва не последовало, но бомбардировщик пришлось списать. Все 3 человека из состава экипажей СБ были ранены.

Тем временем, в бою между истребителями Вернер Мёльдерс, руководивший шестёркой Ме-109, подбил один И-16. Раненому республиканскому пилоту с трудом удалось сесть на вынужденную вне аэродрома.

Не сложно догадаться, что после столь неудачного вылета наши лётчики - бомбардировщики больше в боях уже не участвовали и вскоре тоже отправились на родину.

В начале следующего, 1939 года состоялось награждение авиаторов, принимавших участие в заключительной фазе боёв и Испании. Троим пилотам С. И. Грицевцу, Н. С. Герасимову и П. Т. Коробкову присвоили звание Героев Советского Союза. Интересно, что, согласно сохранившимся в архиве отчётам пилотов, наивысшую оценку своих товарищей получили только двое пилотов - Грицевец и Федосеев. Однако Михаил Федосеев почему-то не получил "Золотую Звезду" Героя, а был удостоен ордена Ленина  ( для своего времени высокой, но не очень любимой военными награды, поскольку этот же орден вручался и передовикам социалистического строительства, то есть - не за боевые заслуги ).

После возвращения из Испании теперь уже капитан Федосеев командует 6-й отдельной истребительной эскадрильей, затем - 88-м истребительным полком, а в апреле 1941 года принимает формируемый 247-й истребительный полк. Полк базировался на аэродроме Черновцы  ( Черновицы )  и входил в состав 64-й смешанной авиадивизии Киевского особого военного округа.

В конце мая 1941 года полк начал переучивание на новый тип истребителей, но "Ввиду отсутствия матчасти - самолётов МиГ-3 - полк переучивание не закончил и с 22 июня 1941 года полк, вооружённый самолётами И-153 принял непосредственное участие в Отечественной войне".

Относительно участия полка в боях первых дней войны точных данных найти пока не удалось. Часть источников вообще не упоминает 247-й полк как боевую единицу. Однако встречается информация, что полк в первый день войны потерял 42 самолёта. Столь большие потери представляются маловероятными. Немецкая авиация в первую очередь наносила удары по тем аэродромам, где имелась новая авиатехника, а аэродромы, где базировались самолёты старых типов  ( в том числе И-153 ), часто просто игнорировались. В статье известного военного историка Д. Б. Хазанова на приведённой карте дислокации приграничной группировки ВВС СССР аэродром Черновцы отмечен как не подвергшийся воздушным атакам 22 июня 1941 года, потери же указанного числа самолётов в воздушных боях за один день выглядят просто фантастическими.

В любом случае полковые документы так подвели итог происшедших в тот период событий: "Из-за отсутствия должного руководства боевыми действиями свыше, внезапности вероломного нападения немецко - фашистских войск и невысокого качества материальной части полк, самостоятельно отражая налёты вражеской авиации, к 5.07.1941 г. потерял значительную часть своих самолётов. Передав оставшиеся самолёты другим частям ВВС Киевского округа, личный состав был собран и отправлен для переучивания и получения новой материальной части на тыловой аэродром ст. Сейм МВО".

Успехи полка в первые дни войны выразились, по всей видимости, только в 4-х сбитых самолётах: ""В июле месяце на Юго - Западном направлении в р-не ЗАЛЕЩИК, майор ФЕДОСЕЕВ сбил два самолёта противника Ю-88. Лейтенант Адольф сбил один Ю-88 и один ME-109".

Переучивание прошло в сжатые сроки и уже 2 сентября полк, войдя в состав ВВС 51-й армии, действовавшей на южном участке советско - германского фронта, перебазировался на аэродром Новониколаевка. В состав полка на тот момент входило 18 самолётов ЛаГГ-3 и 19 лётчиков, из которых только трое были уже "понюхавшими пороху". 4 сентября полк совершает первые боевые вылеты, а через день перебазируется на крымский аэродром Джанкой.

Истребитель ЛаГГ-3.

Осенью 1941 года за Крым разгорелись тяжёлые бои, как на земле так и в воздухе. Командир действовавших на этом направлении немецких войск фельдмаршал Манштейн так описывал происходящее:

Вернер Мёльдерс.

"Господство в воздухе принадлежало советской авиации. Советские бомбардировщики и истребители непрерывно атаковали всякую обнаруженную цель. Не только пехота на переднем крае и батареи должны были окапываться, нужно было отрывать окопы и для каждой повозки и лошади в тыловой зоне, чтобы укрыть их от авиации противника. Дело доходило до того, что зенитные батареи не решались уже открывать огня, чтобы не быть сразу же подавленными воздушным налётом. Только когда армии был подчинён Мёльдерс с его истребительной эскадрой, ему удалось очистить небо, по крайней мере, в дневное время. Ночью и он не мог воспрепятствовать воздушным налетам противника".

В дополнение к имевшимся на этом направлении 2-м группам 77-й истребительной эскадры Люфтваффе, немцы перебросили ещё 3 группы из других эскадр. Надо отметить, что история "замкнула круг": так же, как и за 3 года до этих событий, в одном небе встретились "старые знакомые" Михаил Федосеев и Вернер Мёльдерс, воевавшие друг против друга ещё в Испании. Только к этому моменту, немец, сделав блестящую карьеру и первым в истории авиации достигнув отметки в 100 побед, занимал должность генерал - инспектора истребительной авиации, а майор Михаил Федосеев командовал только полком.

Положение советских ВВС осложнялось нехваткой современной техники - в бой кроме И-16, И-153 пошли такие "древние" истребители как И-5 и даже поставленные на колёса корабельные разведчики КОР-1. Истребитель ЛаГГ-3 на фоне более старых машин считался современным типом, однако и он уже не отвечал требованиям времени. С характерным чёрным юмором лётчики расшифровывали его название как "лакированный гарантированный гроб".

Потери нашей авиации были значительны. Заместитель командующего 51-й армии П. И. Батов в своих мемуарах так характеризовал сложившуюся на тот момент обстановку:

"Под сильным давлением с воздуха мы особенно остро ощущали в те дни слабость нашего авиационного прикрытия... Меньше всего хочу укорять в этом наших героических лётчиков. Они сделали всё, что могли для помощи сухопутным войскам, но им пришлось драться с врагом в исключительно трудных условиях. Им было не легче, чем нам на земле. Количественное соотношение нашей и немецкой авиации на Крымском направлении составляло 1 к 6, а иногда и 1 к 10".

В.А.Судец ставит боевую задачу М.А.Федосееву

Надо заметить, что в количественном отношении оценки генерала Батова, безусловно, завышены, но вот что касается качества авиатехники, тут превосходство Люфтваффе не вызывает сомнений.

В конечном итоге советским войскам не удалось задержать противника и к середине ноября они вынуждены были покинуть полуостров. Исключение составил лишь Севастополь, продержавшийся в осаде 250 дней. Вынужден был покинуть территорию Крыма и 247-й полк, 9 ноября перебазировавшийся из Керчи в станицу Киевская.

Основной задачей, выпавшей полку майора Федосеева, стало прикрытие наземных войск и сопровождение штурмовиков и бомбардировщиков. Главное в таких заданиях - не допустить потерь у тех, кого прикрываешь. О том, как немцы умели действовать, если истребительное прикрытие не справлялось со своей миссией, было уже рассказано выше.

Но 247-й полк эту задачу решал достойно. В выводах, сделанных в конце 1941 года по полку, указывалось: ""Все задания на сопровождение бомбардировщиков и штурмовиков выполнялись без единой их потери, за исключением одного самолёта ИЛ-2, которого подбили на нашей территории в момент, когда наши истребители отвалили на свой аэродром после сопровождения".

Причину этих весьма успешных действий можно найти также среди выводов, сделанных по полку за период крымских боёв: " "В целях подготовки молодого лётного состава к боевой работе всё было сделано для того, чтобы иметь наименьшие потери, как то: детально проработаны методы и тактика ведения воздушного боя с истребителями и бомбардировщиками противника, изучены лётно - тактические свойства его авиации, а также проработано, исходя из последних опытов боевой работы, применение истребительной авиации и её тактики в воздушном бою, при штурмовых, разведывательных полётах и на сопровождение бомбардировщиков и штурмовиков... Молодой лётный состав вводился в боевую работу постепенно с опытными в боевом отношении и крепкими в технике пилотирования командирами".

Также в документах отмечена хорошая маскировка самолётов   ( противник так и не смог обнаружить аэродром базирования )  и "исключительное внимание" при работе с радиосвязью. Итоги боевой работы полка приведены в таблице 1. Несомненно, большую роль в достижении этих успехов сыграл испанский опыт командира полка Михаила Федосеева.

Боевая деятельность 247-го ИАП в Крыму за 1941 год.

К сожалению, без потерь всё же не обходилось, однако они были меньше, чем в других фронтовых частях. Многие авиаполки, понеся тяжёлый урон, отводились в тыл на переформирование, передавая в полк Федосеева оставшиеся самолёты и лётчиков. Таким образом, 5 октября полк пополнился 8 пилотами и 8 ЛаГГ-3 из 253-го ИАП, а 4 декабря - 4 пилотами и 6 Як-1 из 13-го ИАП. В 1941 году в Крыму полк безвозвратно потерял 7 пилотов: двоих в воздушных боях, двое сбиты огнём с земли и трое не вернулись с задания  ( пропали без вести ), а также 20 ЛаГГ-3  ( все - по боевым причинам ).

Начало 1942 года полк встретил, имея в своем составе 12 лётчиков, 6 ЛаГГ-3 и 6 Як-1. К этому времени в результате Керченско - Феодосийской десантной операции  ( 25.12.1941 г. - 2.01.1942 г. )  советские войска освободили Керченский полуостров. В результате 247-й полк 31 декабря вновь вернулся на аэродром Багерово под Керчью, на котором базировался до 13 марта 1942 года.

Подготовился к новым боям и противник. С 1942 года наши лётчики перестали встречать в небе Крыма истребители Ме-109 ранней модификации "Е", на смену которым пришли более совершенные машины серии "F".

Истребитель Ме-109F-4 из состава JG 77. 1942 г.

Но повышение качественного уровня вражеской авиации оказалось не единственной трудностью. Не всё ладно было и с организацией боевого применения советской авиации вышестоящими штабами. Так, ветеран полка Герой Советского Союза Василий Михайлович Шевчук вспоминал в своих мемуарах:

"Это хорошо, когда мы прикрываем войска. Невыносимо тяжело лётчикам ощущать свою беспомощность: так было в трудные дни прошлогоднего ноябрьского отступления с полуострова и во время десантной наступательной операции, когда даже малочисленные силы авиации 51-й армии не использовались в полную силу".

С 6 по 24 января в состав полка вошли 4 эскадрильи из других частей, в общей сложности 29 лётчиков и 27 Як-1. Времени на полноценное введение в строй пополнения, видимо, не было, и полк в тяжёлых январских боях понёс серьёзные потери: 7 самолётов и 4 лётчиков. Но, уже начиная со следующего месяца баланс побед вновь стал выправляться.

Основная задача полка оставалось прежней - прикрытие и сопровождение   ( смотрите таблицу 2 ). Судя по имеющимся данным, полк продолжал так же успешно выполнять эти задания. Тем временем, начиная с февраля, пополнение в полк стало поступать всё реже. К тому же практически все попадавшие в полк машины были не новые, а уже в той или иной степени изношенные, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Так, к концу января в составе 247-го ИАП было 33 пилота, но всего 23 истребителя  ( 22 Як-1 и 1 ЛаГГ-3 ), а также связной У-2. В дальнейшем число самолётов ещё более сократилось.

Боевая деятельность 247-го ИАП в Крыму за первые месяцы 1942 года.

Трагическая развязка в судьбе командира полка наступила во второй половине марта. Вновь обратимся к мемуарам В. М. Шевчука:

"В тот день майор Федосеев поднял в воздух почти все свои наличные силы: 2 пары истребителей. Командиром группы и ведущим первой пары был Степан Карнач, ведомым - Алексей Шмырев. Вторую вёл я. После взлёта Алексей Шмырев стал отставать. Передал, что не убирается правая нога шасси. Вскоре он возвратился на аэродром. В это время на нас навалилась шестёрка "Мессеров>. Завязался упорный бой. Майор Федосеев по радиопереговорам сразу понял, что нам тяжело. Как только Шмырев приземлился, командир полка вскочил в кабину истребителя и пошёл в воздух. Он был уверен, что с его опытом и мастерством можно вести бой даже на неисправной машине.

Нам он помог. Пара "Мессершмиттов" бросилась в его сторону. Тогда Степан Карнач, которого мы прикрывали с Виктором Головко, меткой очередью свалил одного фашиста. Теперь ясно - нужно выручать командира, но сразу из боя выйти невозможно. Тут подбили и мой самолёт. Очередь попала в мотор, перебила маслопроводы. Горячее масло заливало фонарь, прорывалось в кабину, обжигало лицо и руки. Мотор заклинило. Пришлось идти на вынужденную посадку. Посадил самолёт на своей территории, но, совсем рядом с передним краем. Бойцы из окопов криком предупредили, чтобы не выходил из кабины. Оказалось, что я - на минном поле и только чудом не подорвался. Вскоре подошли сапёры и сделали проход, по которому вывели меня, а потом, под прикрытием темноты, вывезли самолёт.

Но минное поле, возможность подрыва, обстрел вражеской артиллерии - всё это было не самым страшным. Трагическое произошло на моих глазах. На помощь фашистам подошли ещё 8 Mе-109. И как ни старался Степан Карнач подтянуть карусель боя, в которой они крутились с Головко и Федосеевым, ближе к командиру, силы были слишком неравными. Не раз истребитель нашего командира уходил из-под удара противника, больше того, он сам старался атаковать и был близок к тому, чтобы настичь врага. Но вот несколько очередей "Мессеров" прошили фюзеляж и плоскости его машины. Мотор задымил. Самолёт терял управление. Однако пока лётчик был жив, он сражался. Сражался до последней возможности.

Много раз у человека на войне бывают трудные минуты. И самым тяжёлым мне кажется момент, когда ты ничем не можешь помочь товарищу в смертельной схватке. Бессильно сжатые кулаки, стиснутые зубы и одна мысль: "Прыгай !   Прыгай !.."

Большие потери понёс полк с начала войны. Но это была невосполнимая утрата. Не каждый командир в неразберихе первых военных дней, в трудный период отступления сумел организовать боевые действия полка так, как сделал это майор Федосеев. За личное мужество и отвагу, за умелое руководство полком Михаил Андреевич Федосеев посмертно был удостоен звания Героя Советского Союза".

Сухие строки документов дополняют и кое в чём уточняют этот эмоциональный рассказ: ""22.03.1942 г. в 17:22 на разведку в район Дальняя, ст. Крым вылетели шесть истребителей. Их пилотировали: С. Карнач. А. Шмырев. В. Шевчук. Киселёв, Шупик и Лапин. После взлёта на самолёте Шмырева не убралась одна нога шасси, и он вернулся. Над линией фронта группа встретила 8 Me-109 и 3 наших лётчика вступили в бой ( в том числе Карнач и Шевчук ). Шупик с ведомым в бою не участвовали, а продолжили разведку. Получив сообщение по радио о бое, Федосеев сел в неисправный самолёт Шмырева и в 17:45 вылетел на помощь товарищам. Федосеев был перехвачен другой группой из 8 Ме-109 и в последовавшем бою сбит... Самолёт Як-1 сгорел лётчик погиб".

Как это ни удивительно, но Михаил Федосеев при жизни так и не удостоился никакой награды за боевые успехи в Великой Отечественной войне. Согласно приказу Народного Комиссара Обороны № 0299 от 19 августа 1941 года лётчик - истребитель за 10 сбитых самолётов противника представляется к званию Героя Советского Союза. Федосеев перевыполнил эту норму вдвое  ( не считая 5 самолётов, сбитых им лично в Испании ), но высшая награда была присвоена ему только указом от 6 июня 1942 года - посмертно.

Список побед майора М.А.Федосеева в ВОВ.

А 247-й полк продолжил участие в войне. С 1 сентября 1941 года по 1 сентября 1943 года лёчики выполнили 6508 боевых вылетов, и в 1436 воздушных боях сбили 187 самолётов противника. Собственные боевые безвозвратные потери за этот период составили 34 пилота, 22 ЛаГГ-З и 46 Як-1.

За достигнутые успехи 6 февраля 1944 года полк был преобразован в 156-й Гвардейский ИАП.

( Статья Сергея Абросова опубликована в журнале "АвиаМастер", № 4 за 2003 год. )

Возврат

Н а з а д



Главная |  |  | Источники | 

         © AirFighters.RU