Главная | Источники | 

HSU

Карасёв Борис Иванович

Б.И.Карасёв.

Родился 28 Июня 1919 года в селе Рига - Васильевка, ныне Новомосковского района Тульской области, в семье крестьянина. Окончил школу ФЗУ, работал на автомобильном заводе. С 1939 года в рядах Красной Армии. В 1940 году окончил Качинскую военную авиационную школу лётчиков.

С Июня 1941 года Младший лейтенант Б. И. Карасёв на фронтах Великой Отечественной войны. По Май 1942 года служил в 88-м ИАП; с Июня 1942 года по Ноябрь 1943 года - в 927-м ИАП; по Май 1945 года - в 41-м Гвардейском ИАП. Летал на И-16, ЛаГГ-3 и Ла-5.

К Маю 1945 года командир эскадрильи 41-го Гвардейского истребительного авиационного полка  ( 8-я Гвардейская истребительная авиационная дивизия, 5-й истребительный авиационный корпус, 2-я Воздушная армия )  Гвардии капитан Б. И. Карасёв выполнил 509 боевых вылетов, в том числе: 136 - на штурмовку наземных войск противника и 85 - на разведку. Проведя 80 воздушных боёв, сбил 9 самолётов противника лично и 4 - в составе группы.

22 Сентября 1997 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в годы Великой Отечественной войны в боях с врагами, удостоен звания Героя Российской Федерации.

После войны продолжал службу в ВВС. С 1964 года Гвардии полковник Б. И. Карасёв - в запасе. Работал в Гражданском Воздушном Флоте. В настоящее время проживает в Москве.

Награждён орденами: Красного Знамени  ( трижды ), Александра Невского, Отечественной войны 1-й степени, Красной Звезды  ( дважды ): более чем 20 медалями, в том числе чехословацкой медалью "За храбрость".

*     *     *

Борис Карасёв родился 28 Июня 1919 года в селе Рига - Васильевка в многодетной крестьянской семье. Отец - Карасёв Иван Ефимович  ( 1892 - 1958 гг. ). Мать - Карасёва Мария Дмитриевна  ( 1896 - 1991 гг. ). Работать начал с юных лет. Мальцом помогал матери по дому. Когда подрос, начал пасти скот, работать на огороде. Но и тяга к авиации проснулась у Бориса столь же рано. Он с замиранием сердца смотрел на пролетавшие над селом самолёты. Верил, что сам непременно поднимется в небо и полетит, как птица...

Вскоре отца, председателя колхоза, перевели на работу в Москву. Здесь Борис закончил в 1934 году школу - семилетку, трудился на автомобильном заводе имени Сталина  ( ныне - ЗИЛ )  в Москве, там же окончил и школу фабрично - заводского ученичества. Вскоре вернулся в Новомосковск, где поступил работать электромонтёром на Новомосковскую ГРЭС. Без отрыва от производства Борис учился в аэроклубе. Там он освоил азы лётного дела, а вскоре стал лётчиком - инструктором. В 19 лет Карасёв - уже комендант аэродрома.

В Январе 1939 года был призван в ряды Красной Армии. В 1940 году окончил Качинскую Краснознамённую военную авиационную школу лётчиков. Служил в частях ВВС Киевского особого военного округа, в 88-м истребительном авиационном полку под Винницей. Вскоре стал командиром истребительного авиационного звена. Летал на истребителях И-16.

С 22 Июня 1941 года на фронтах Великой Отечественной войны. Тогда он уже командовал звеном. В бой с фашистами вступил в первый же день войны, прикрывал подступы к городу с воздуха, не позволяя вражеской авиации бомбить Винницу. Сразу отличился в боях как умелый и отважный лётчик.

1 Июля 1941 года по указанию Командующего войсками Южного фронта Карасёву приказали произвести разведку территории Румынии в районах Липканы, Штафанешти и вдоль реки Прут, особенно места скопления войск противника и направление их движения. После короткой подготовки Карасёв взмыл в воздух и взял курс на запад. Путь предстоял длинный, требовалась дополнительная заправка. Посадив самолёт на промежуточный аэродром, он осмотрел машину и обнаружил обрыв 2-х точек крепления элерона на правом крыле. Дело серьёзное, лететь с такой неисправностью нельзя. Но и задача чрезвычайно важная. Лётчик сам прикрепил элерон к крылу проволокой и, рискуя жизнью, снова взлетел в воздух. Задачу он выполнил и лёг на обратный курс.

Возвращаясь домой, Борис обнаружил командный пункт врага, усиленно охранявшийся зенитчиками - значит, важный объект. Карасёв смело пошёл на штурм, ударив по КП из пушек и пулемётов. Он видел, как падали сражённые им фашисты, как заполыхали легковые автомобили. Немцы открыли ответный огонь. И-16 сильно качнуло. Борис с трудом дотянул до аэродрома подскока. Осматривая машину, механики обнаружили пробоины в бензобаке и более 20 - в фюзеляже и крыльях. Заделав пробоины в бензобаке деревянными пробками, Борис поднялся в небо и добрался до своего аэродрома под Винницей. Командование поздравило молодого лётчика с успешным выполнением задания и вручило именные часы. Тогда это была большая награда.

На следующий день Карасёв попал в ещё больший переплет. Вылетев на разведку, он у линии фронта встретил группу Ме-109. Завязался бой. Искусно маневрируя, Борис попытался уйти от удара. Но огонь вёлся очень плотный: один из снарядов "Мессера" попал в плоскость И-16 и отбил её. "Ишачок" вошёл в штопор и начал падать. На высоте 800 метров Карасёв покинул машину и дёрнул за кольцо троса. Однако парашют не раскрылся. Казалось, конец неизбежен. Но произошло чудо. Борис почувствовал сильный удар. А в следующую секунду он сидел уже на земле вместе с накрывшим его парашютом. Наблюдавшие за воздушным боем с КП фронта видели, что парашют не раскрылся, и решили: лётчик погиб. Однако Карасёв остался жив, лишь немного повредив левую ногу.

Можно представить удивление товарищей, когда он вернулся в свой полк, где его уже считали павшим смертью храбрых. "Ну, Борис, теперь долго будешь жить, до победы точно дотянешь !" - говорили они, поздравляя. И не ошиблись - дожил...

Постепенно за Карасёвым укрепилась слава одного из лучших лётчиков эскадрильи, а потом и полка. Скоро его назовут мастером разведки. В 1941 - 1942 годах особо важные воздушные разведки в дивизии в интересах всего фронта доверяли только двум лётчикам - А. И. Покрышкину и Б. И. Карасёву. Этот факт говорит сам за себя.

С каждым днём совершенствовалось мастерство молодого лётчика, множилось число его побед, количество сбитых самолётов противника. Учитывая отличные лётные качества Карасёва, его мужество, стойкость, способность ориентироваться в сложной обстановке, командование стало назначать Бориса ведущим группы, давать сложные задания. Ему поручали штурмовать важные цели, прикрывать наши бомбардировщики и штурмовики и многое другое. Вот как о Карасёве пишет в своих воспоминаниях "Долетим до Одера" Г. А. Пшеняник:

"Как-то лейтенант Борис Карасёв сошёлся в неравной схватке сразу с 10 истребителями Ме-109 !.. Закрутилась в воздухе адская карусель. Карасёв в центре, а вокруг 10 вражеских самолётов, полосующих огненными очередями. В той критической ситуации наш лётчик принял единственно правильное решение - бросил машину вниз, вырвавшись из замкнутого круга, словно из клубка змей, и лишив таким образом противника преимущества вертикального маневра..."

Однако, как вспоминает сам Борис Иванович, бой на этом не кончился. Летая на минимальной высоте, он сбил 2-х "Мессеров", а 3-й, погнавшийся за И-16, сам зацепился за верхушку дерева и рухнул на землю. Но и Карасёву не удалось увернуться от вражеского снаряда. Поскольку бой шёл почти у поверхности земли, Борису удалось посадить горящий самолёт "на брюхо". Промчавшись по полю на бешеной скорости, машина развалилась на части, лётчика вместе с креслом отбросило далеко в сторону. Бойцы расположенной рядом артиллерийской батареи, видевшие весь бой от начала и до конца, доставили лётчика в госпиталь.

Через несколько месяцев лечения он вновь вернулся в строй. Правда, медкомиссия настаивала на списании с лётной работы, пришлось обращаться за помощью к командующему Воздушной армией генералу К. А. Вершинину - будущему Главнокомандующему ВВС СССР.

В Ноябре 1943 года Борис Карасёв был зачислен в 41-й Гвардейский истребительный авиационный полк и воевал в нём до самой Победы. Отличился в боях при освобождении Донбасса.

Больше всего он ценил боевое товарищество, никогда не покидал друга в беде. В одном из выступлений И. В. Сталина, который говорил о взаимной выручке в бою, в качестве примера был приведён Борис Карасев - и совершенно справедливо. Дело было под Мелитополем. Завязался жаркий бой. Самолёт ведомого Василия Батяева был буквально изрешечён пулями и осколками снарядов. Он еле держался в воздухе и мог лететь только по прямой. Карасёв приказал подчинённому идти на аэродром, а сам стал прикрывать его с хвоста. Неожиданно появились 5 вражеских истребителей Ме-109. Они заранее торжествовали победу, видя, как неуклюже летит наша машина. Однако просчитались. Карасёв решительно вступил в бой - 20 минут длилась схватка нашего истребителя с 5 немецкими. В результате враг недосчитался 3 машин, 2 уцелевшие ретировались с поля боя, а Карасёв благополучно привёл самолёт ведомого на аэродром. И таких примеров много. Ветераны и по сей день помнят подвиги Бориса Ивановича по спасению товарищей.

А ещё Бориса Ивановича всегда отличала природная скромность. Некоторые лётчики любили на досуге прихвастнуть своими мнимыми подвигами. Карасёв практически никогда не рассказывал о проведённых боях, хотя на его счету к окончанию войны было более 500 боевых вылетов.

Впереди были бои за освобождение Правобережной Украины, Львовско - Сандомирская, Висло - Одерская, Берлинская, Пражская операции. Свой последний бой он провёл над Берлином.

Б.И.Карасёв у Ла-5. 1945 год.

Всего за период войны командир эскадрильи 41-го Гвардейского истребительного Черновицкого ордена Кутузова авиационного полка  ( 8-я Гвардейская истребительная Киевская Краснознамённая орденов Суворова и Богдана Хмельницкого авиационная дивизия, 5-й истребительный Львовский Краснознамённый авиационный корпус, 2-я Воздушная армия )  Гвардии капитан Б. И. Карасёв совершил 509 боевых вылетов, из которых 136 приходится на штурмовку наземных войск противника и 85 - на разведку  ( из которых более 40 - особо важные и сложные ). В 80 воздушных боях сбил 9 самолётов врага лично и 4 - в группе с товарищами. Штурмовыми ударами уничтожил 82 автомашины врага, 7 зенитных точек, 3 артиллерийских орудия, 2 автоцистерны с горючим, 1 железнодорожный вагон с военным грузом, 16 повозок с военным имуществом и боеприпасами, истребил до 400 солдат и офицеров противника.

Компетентные лица, в частности начальник политотдела 8-й Гвардейской истребительной дивизии Ф. С. Кутузов, утверждают, что Б. И. Карасёв представлялся к званию Героя Советского Союза, но документы непонятным образом исчезали...

После войны Борис Иванович пытался разобраться, куда пропали эти представления, но наткнулся на стену чиновничьего бездушия. И он отступил. Однако не отступили его истинные друзья. Они продолжали бороться и добились своего. Герои Советского Союза Алексей Алексеевич Постнов и Кубати Локманович Карданов не могли смириться, как они считали, с исторической несправедливостью. Они направили запрос в Подольск, в архив Великой Отечественной войны, где после долгих поисков всё же нашли представление на присвоение Карасёву Борису Ивановичу звания Героя Советского Союза, подписанное ещё в конце войны. Ходатайствовали о вручении "Золотой Звезды" Героя заслуженному лётчику и ветераны Аэрофлота. Их поддержали Маршал авиации Евгений Шапошников и Генеральный директор Аэрофлота Валерий Окулов. В конце концов, как пишут в газетах, "награда нашла героя". Хотя и с опозданием на полвека.

Указом Президента Российской Федерации от 22 Сентября 1997 года за мужество и героизм, проявленные в борьбе с немецко - фашистскими захватчиками в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов Гвардии полковнику в отставке Карасёву Борису Ивановичу присвоено звание Героя Российской Федерации с вручением медали "Золотая Звезда"  ( № 415 ).

После войны отважный лётчик продолжал службу в Военно - Воздушных Силах СССР. Был помощником командира истребительного авиационного полка, старшим инспектором - лётчиком Отдела боевой подготовки 42-й Воздушной армии и Главного Штаба Войск противовоздушной обороны страны, членом лётной квалификационной комиссии при Главкоме Войск ПВО Страны.

С 1964 года Гвардии полковник Б. И. Карасёв - в запасе. Перешёл на работу в Гражданский Воздушный Флот СССР. Работал в Центральном управлении международных воздушных сообщений, был штурманом и руководителем бюро аэронавигационной информации в аэропорту Шереметьево. Там он трудился до 1997 года, отдав авиации, таким образом, более 60 лет жизни, которую с полным основанием можно назвать "жизнью в авиации".

Глядя на Бориса Ивановича Карасёва, трудно поверить, что ему уже более 85 лет. Несмотря на столь солидный возраст, он по-прежнему лёгок на подъём, бодр, жизнерадостен. И сегодня Борис Иванович старается не сидеть без дела. Его часто приглашают на встречи со школьниками, студентами. Тогда ветеран надевает парадный мундир, который украшают Звезда Героя России, множество орденов и медалей. Ему есть, о чём рассказать молодёжи - о боях, фронтовых товарищах, многие из которых не дожили до светлого дня Великой Победы, об Аэрофлоте, который стал для него второй семьёй, где прожиты, пожалуй, лучшие годы жизни.

*     *     *

Список всех известных побед Гвардии капитана Б. И. Карасёва:
( Из книги М. Ю. Быкова - "Победы сталинских соколов".  Издат. "ЯУЗА - ЭКСМО", 2008 год. )


п / п
Д а т аСбитые
самолёты
Место воздушного боя
( одержанной победы )
Свои
самолёты
126.07.1941 г.1  Hs-126  ( в группе - 1 / 3 )ШаулихаИ-16, ЛаГГ-3, Ла-5.
205.11.1941 г.1  Не-111  ( в группе - 1 / 4 )Миллерово
326.05.1942 г.1  Ме-109  ( в группе - 1 / 3 )юго - зап. Глинская
424.09.1943 г.1  Ju-87Малый Букрин
510.04.1944 г.1  FW-190зап. Руманувка
624.05.1944 г.1  FW-190  ( в паре - 1 / 2 )р-н Тарнополя
714.01.1945 г.1  FW-190Тур Дольны

      Всего сбитых самолётов - 9 + 4  [ 3 + 4 ];  боевых вылетов - 509;  воздушных боёв - 80.

*     *     *

Эпизоды из боевой деятельности Б. И. Карасёва.

В один из последних дней Июня 1941 года командир дивизии Забалуев приказал произвести разведку южнее румынских населённых пунктов Липканы и Штефанешти, а также вдоль Прута, определить расположение вражеских группировок, отметить места переправ через реку. Задание это было поручено командиру звена младшему лейтенанту Б. И. Карасёву и В. И. Гаранину. Забалуев лично предупредил лётчиков:

- В разведке будьте предельно внимательны и осторожны. Путь неближний. Обстановка в этом районе абсолютно неясная. Для дозаправки воспользуетесь аэродромом подскока.

И вот на этом уже аэродроме Карасёв обнаружил в своём самолёте неисправность - обрыв двух точек крепления элерона. Что делать ?   Лететь в тыл врага на машине Гаранина ?   Исключено. Район разведки насыщен зенитными орудиями, в небе шныряют "Мессершмитты", самолёт - одиночку уничтожат в два счета. Решили закрепить элерон проволокой в несколько слоев, и Карасёв поднялся на такой машине в воздух.

Задание по разведке было выполнено. А на обратном пути, у самой границы, лётчики заметили командный пункт противника. Замаскированный в роще на вершине холма, он был скрыт от наблюдения. Однако внизу, у подножия холма, стояло несколько легковых машин, на небольшой поляне собралась группа военных. Уверенные в безопасности, они рассматривали нашу территорию в бинокли.

Карасёв и Гаранин летели с тыла, и атака с ходу была для врага воистину как гром среди ясного неба. Несколько фашистских офицеров полегли тут же. Вспыхнули, как свечки, автомашины. Запоздалый огонь зенитных пулемётов уже не мог причинить особого вреда нашим И-16.

Едва приземлились в Бохониках, к ним подкатил автомобиль ЗИС-1. На таких машинах в те времена разъезжало высокое военное начальство. Лётчиков пригласили в машину. Рядом с шофером - дивизионный комиссар.

- Куда нас везут ? - в недоумении спросил у него Карасёв.

- К Тюленеву Ивану Владимировичу, командующему Южным фронтом.

"Тут мы призадумались, - вспоминал впоследствии Карасёв. - За что ?   Задание вроде бы выполнили. Можно сказать, перевыполнили. А даже отмыться не дали: руки по локоть в грязи после ремонта самолёта. Что за спешка ?

Привезли нас, привели в кабинет командующего фронтом - как есть грязных. Нерешительно вошли мы, отрапортовали. Лицо у генерала строгое. Однако нет-нет да и промелькнет по нему блуждающая усмешка. Командующий, видно, понял наше настроение, шагнул навстречу и, уже не скрывая улыбки, пригласил сесть:

- Ну, рассказывайте, молодцы, что видели у противника. Как ведёт он себя там, за Прутом ?

Только тут у нас отлегло. И прорвало - рассказываем с Володей, перебивая друг друга. Больше часа длился разговор. Командующий фронтом интересовался не только этим нашим полётом, но и жизнью полка, настроениями наших товарищей. Хороший получился разговор - простой, задушевный..."

Приказом № 7 по войскам Южного фронта от 15 Июля 1941 года лётчики полка Карасёв и Гаранин за выполнение боевого задания были награждены именными золотыми часами. Это была первая полковая награда.

К концу 1941 года многие воины нашего полка были отмечены уже и правительственными наградами. Ордена Красного Знамени получили командир полка А. Г. Маркелов, лётчики П. Середа, К. Карданов, Б. Карасев, В. Батяев, М. Сериков. Награды в торжественной обстановке вручал командующий 9-й армией генерал - майор Ф. М. Харитонов, войска которого прикрывали и поддерживали мы вместе с другими частями 20-й авиадивизии. Многие офицеры получили очередные воинские звания. О многих однополчанах писала фронтовая газета. Все это, безусловно, радовало и вдохновляло на новые боевые свершения.

В Марте 1942 года лейтенант Борис Карасёв сошелся в неравной схватке с 10 вражескими истребителями !   Случилось это под Барвенково. Капитан Середа получил боевую задачу - обеспечить сопровождением шестёрку самолётов соседнего полка, срочно вылетавшую на штурмовку противника. Приближался вечер, истребители за день потрудились сполна. В боеготовности оказались лишь 2 машины - Карасёва и Князева. Середа вызвал лётчиков и объяснил задачу: Князеву - идти справа от боевого порядка шестёрки, Карасёву - слева и не допускать атак немцев по нашим штурмовикам. Командир отлично понимал, что задание для 2-х самолётов очень рискованное, но выполнить его было необходимо. Оставалась надежда на мастерство, осмотрительность и отвагу воздушных бойцов.

Не успела группа подлететь к линии фронта, как на неё набросилось не менее 20 "Мессершмиттов". С самого начала фашистам удалось отсечь самолёт Карасёва. И закрутилась в воздухе адская карусель: Карасёв - в центре, а вокруг 10 вражеских стервятников, полосующих огненными очередями. В этой критической ситуации наш лётчик принял единственно верное решение - бросил машину вниз, вырвавшись из замкнутого круга, словно из клубка змей, и начал маневрировать над самой землёй, лишив таким образом противника преимущества вертикального маневра...

Очнулся он от сильного холода и увидел, что лежит в большом сугробе, поодаль - мотор самолёта, а рядом - груда самолётных обломков. И как в кошмарном сне - пикирующие на него "Мессеры". Но это была жестокая явь - фашисты решили во что бы то ни стало добить советского лётчика, прошивая сугроб пулемётными очередями. Карасёв вновь потерял сознание, уткнувшись лицом в снежную целину.

А тем временем Василий Князев с шестёркой сопровождаемых самолётов отбивался от второй половины вражеской стаи. Он видел, как храбро дрался его товарищ, как упал его самолёт. Но чем мог помочь другу Князев ?

Князеву предстояло ещё вывести из боя шестёрку самолётов. Один из них фашистам всё-таки удалось сбить. В нём погиб комиссар соседнего полка П. Ф. Новиков. Но остальные под прикрытием Князева всё же вырвались из вражеского кольца. Аэродром находился рядом - в 20 километрах. Как только совершили посадку, Князев бросился к командиру эскадрильи, доложил, что сбит Карасёв, и спросил разрешения, взяв в помощь кого - нибудь из лётчиков, на розыск его.

Середа понимал душевное состояние Князева, он и сам хотел надеяться на лучшее и разрешил полёт. К тому времени техники уже успели подготовить машину лётчика М. Гончарова, с которым и полетел Князев. Через несколько минут они уже были у линии фронта, в том районе, где только что прошёл неравный бой. Над заснеженным всхолмленным полем кружили 4 "Мессера".

"Не зря они здесь крутятся, - подумал Князев, - Не иначе, тоже ищут Бориса. Ах, ненасытные гады !   Ну, держитесь же !.."   И, дав знак Гончарову, не замеченный фашистами в лучах заходящего солнца, он ринулся в атаку. Первой же очередью Князев сбил вражеский самолёт. Немцы решили не ввязываться в длительный воздушный бой и поспешили убраться за линию фронта.

Только тут лётчик смог как следует осмотреться и заметил внизу на снегу обломки сбитого самолёта, а чуть поодаль - мотор. Карасёва нигде не было видно...

Мрачные вернулись пилоты на свой аэродром и доложили капитану Середе о неутешительных результатах полёта. Тот направил к месту происшествия аварийную команду - чтобы подобрали мотор да установили причину падения самолёта, а также санитарную машину и с ней врача: командир всё-таки не терял надежды, что Карасёв жив.

Когда техники приехали на место падения самолёта, им не составило труда восстановить картину происшедшего. Истребитель упал в глубокий снег, который смягчил удар. Очевидно, в этот момент Карасева выбросило из кабины вместе с сиденьем и наверняка контузило. Осмотрев обломки самолёта, техники установили, что осколками снарядов был разбит руль высоты, что и привело к падению. Команда погрузила на машину мотор истребителя, немногие уцелевшие детали вооружения, спецоборудования, которые можно было использовать как запчасти. Но оставалось неясным, где же Карасёв. Вскоре выяснилось и это.

С земли за неравной воздушной схваткой нашего лётчика с фашистами наблюдали красноармейцы склада артиллерийских боеприпасов, располагавшегося в соседнем лесочке. Они видели, как немцы подбили наш самолёт, и поспешили к месту его падения, несмотря на продолжавшиеся атаки "Мессершмиттов". Нашли Карасёва без сознания. Солдаты осторожно принесли его к себе, оказали первую медицинскую помощь. Там же его и разыскал на следующее утро наш врач Кондрычин, который сразу позаботился, чтобы Бориса быстрее отправили в тыловой госпиталь, где Карасёв провёл около месяца. Лётчик рвался в родной полк, но врачи не выписывали его, тогда он попросил, чтобы после лечения его направили во фронтовой дом отдыха лётного состава, поближе к своим. Карасёву очень хотелось поскорее вернуться в строй, однако был он человеком скромным, даже застенчивым и не мог, как Карданов в аналогичной ситуации, брать врачей штурмом. Уважая и ценя труд других, он покорно выполнял все медицинские предписания, а в душе очень страдал, что задерживается его возвращение на фронт.

Своей необычной скромностью Карасёв удивлял окружающих. Не хочу сказать, что это качество противопоказано лётчикам. Но сама природа их боевой деятельности, как правило, скрытой от посторонних глаз, располагает к обмену впечатлениями, к живым и подробным рассказам о том, "как всё было". Так вот Карасёв никогда ничего не рассказывал, хотя к тому времени его личный счёт исчислялся более чем 300 боевыми вылетами и несколькими сбитыми вражескими самолётами. Именно он первым в полку стал кавалером двух орденов Красного Знамени.

Карасёв вернулся к нам в начале Мая 1942 года сильно похудевший, бледный, так что трудно было узнать в нем крепкого, подтянутого лётчика с вечным румянцем застенчивости на лице. Здоровье Бориса восстанавливалось медленно, а ему не терпелось подняться в небо. Тогда командир полка разрешил ему несколько простых вылетов, чтобы не подвергать излишней опасности. Но каждый полёт давался Борису с трудом - наваливалась усталость, бывало, что на какой-то миг он даже терял сознание в кабине. Карасёв, по обыкновению, молчал о своём самочувствии и только спустя годы, на одной из встреч ветеранов полка, признался, чего стоили ему те полёты.

Впрочем, от командира и врача ничего не скроешь. Дали Карасёву слетать последний раз  ( произошло это уже на Северном Кавказе, под Георгиевском, когда Борису поручили прикрывать погрузку эшелона ), а потом Маркелов доложил командованию о состоянии здоровья лётчика и попросил позаботиться о его судьбе. Вскоре после завершения боёв на Тереке в полк пришёл приказ - направить на курсы командиров эскадрилий двух лучших командиров звеньев. Было решено направить Бориса Ивановича на эти курсы, в глубокий тыл. Там он мог быстрее восстановить утраченную форму. Так и случилось: окончив курсы, Карасёв через некоторое время вернулся в небо, но, к сожалению, в лётный строй уже не нашего полка. Он получил назначение во 2-ю Воздушную армию.

Впоследствии Борис Иванович Карасёв воевал на Украине, дрался с немцами в небе многострадальной Польши и закончил свой ратный путь под Берлином, 509 боевых вылетов совершил отважный лётчик, сбил 13 самолётов противника. Много боевых друзей приобрёл Карасёв на дорогах войны, но самых близких, по его признанию, оставил в нашем полку. И сейчас, спустя десятилетия, на традиционных встречах ветеранов - однополчан в День Победы, можно встретить пожилого человека с милой, по-юношески застенчивой улыбкой, бывшего лётчика - истребителя Бориса Ивановича Карасёва...

( Из воспоминаний Г. А. Пшеняника - бывшего начальника штаба 88-го ИАП. )


Возврат

Н а з а д