Главная | Источники | 

Пунтус Иван Григорьевич

Пунтус Иван Григорьевич

Родился 24 февраля 1905 года в селе Костобобр Семёновского района Черниговской области.

С сентября 1927 года проходил службу в 74-м артиллерийском полку Северо - Кавказского военного округа, был курсантом полковой школы, помощником командира взвода, временно исполнял обязанности политрука полка. В сентябре 1930 года уволен в запас. В апреле 1931 года вновь призван в ряды РККА и направлен в Ленинградскую школу переподготовки командиров запаса. Затем с декабря 1931 года учился в Луганской школе военных пилотов Харьковского военного округа. По её окончании с июля 1933 года служил в 106-й истребительной авиационной эскадрилье Белорусского военного округа. Был пилотом, старшим лётчиком, командиром авиазвена.

С июля 1936 года слушатель курсов высшего пилотажа и воздушных стрельб 8-й военной школы пилотов в Одессе, по окончании которых в декабре того же года назначен инструктором по технике пилотирования своей же эскадрильи.

С ноября 1937 года по май 1938 года был в специальной командировке в Китае, был командиром авиазвена, инструктором по технике пилотирования. За отличия в боях награждён орденом Красного Знамени.

С ноября 1939 года - командир 21-го истребительного авиационного полка, с августа 1940 года - заместитель командира 27-й истребительной авиационной дивизии Закавказского военного округа. С 16 июня 1941 года - заместитель командира 3-го корпуса ПВО  ( Баку )  по истребительной авиации.

В начале Великой Отечественной войны И. Г. Пунтус оставался в той же должности. С июля 1941 года - командир 8-го авиационного корпуса ПВО, сформированного в Баку на базе 27-й и 71-й истребительных авиационных дивизий для ПВО военных промышленных объектов Северного Кавказа и Закавказья. В ноябре - декабре 1941 года и с мая 1942 года части корпуса успешно вели борьбу на больших высотах  ( 7 - 8 км )  с немецкими самолётами - разведчиками в границах 3-го корпуса ПВО  ( с мая 1942 года - Бакинская армия ПВО ), осуществляя патрулирование на дальних подступах к нефтепромыслам и городам Баку и Махачкала. Только в августе - сентябре 1942 года лётчики корпуса произвели свыше 150 самолёто - вылетов, при этом было сбито 2 самолёта противника Ju-88. Кроме того, командуя этим корпусом, И. Г. Пунтус проделал большую работу по формированию новых истребительных частей для действующей армии и отправке их на фронт. Всего было сформировано до 20 истребительных авиаполков, из них 14 - отправлены в действующую армию.

В сентябре 1942 года "за неорганизацию сопровождения специального самолёта ПС-84" И. Г. Пунтус был снят с должности командира авиационного корпуса и назначен командиром 101-й истребительной авиационной дивизии  ( в должность не вступил ), затем в середине октября возглавил 102-ю истребительную авиационную дивизию, которая принимала активное участие в Сталинградской битве. Дивизия выполняла задачи прикрытия от ударов с воздуха Сталинграда, Астрахани, железнодорожных и шоссейных коммуникаций, водных путей сообщения на подходах к Сталинграду. Одновременно части дивизии прикрывали войска Юго - Восточного  ( с 28 сентября 1942 года - Сталинградский )  фронта, наносили штурмовые удары по наземным войскам противника, сопровождали бомбардировочную и штурмовую авиацию своих ВВС; в ходе контрнаступления советских войск - участвовали в осуществлении блокады и уничтожении окружённой группировки 6-й немецкой армии.

Всего в период Сталинградской битвы дивизией было уничтожено свыше 300 самолётов противника. За образцовое выполнение заданий командования Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 февраля 1943 года 102-я истребительная авиационная дивизия была награждена орденом Красного Знамени. В марте она была преобразована во 2-ю Гвардейскую истребительную авиационную дивизию с присвоением почётного наименования "Сталинградская".

Затем дивизия под руководством И. Г. Пунтуса прикрывала войска Отдельной Приморской армии в ходе Керченско - Эльтигенской десантной и Крымской наступательной операций. За отличное выполнение заданий командования в этих операциях в апреле 1944 года она была награждена орденом Суворова 2-й степени. В последующем 2-я Гвардейская Сталинградская истребительная авиационная дивизия выполняла задачи по прикрытию с воздуха города Одесса, а также коммуникаций, войск и тыловых объектов 3-го и 2-го Украинских фронтов, участвовала в освобождении Румынии.

С мая по декабрь 1944 года дивизия действовала в границах 12-го корпуса ПВО в составе Южного фронта ПВО. За этот период частями дивизии было сбито 11 самолётов противника. С января 1945 года и до конца войны дивизия вела боевые действия в составе Юго - Западного фронта ПВО. Командующий Войсками ПВО страны генерал - полковник М. С. Громадин, оценивая боевую деятельность комдива, писал:

"Тов. Пунтус за время командования дивизией приобрёл большой практический и боевой опыт. На основе этого опыта учит подчинённый ему состав. Энергичный и волевой генерал, с достаточной настойчивостью и упорством. Умеет быстро ориентироваться в обстановке, анализировать события, быстро и правильно принимать решения. По характеру выдержан, спокоен. Замечания принимает как должное, правильно на них реагирует..."

После войны с января 1947 года И. Г. Пунтус командовал Московским истребительным авиационным корпусом ПВО. С января 1951 года, по окончании Высшей военной академии им. К. Е. Ворошилова, он был назначен помощником командующего, а в декабре 1953 года - командующим 64-й воздушной истребительной армией ПВО на обороне Москвы и Центрального промышленного района, переименованной затем в 52-ю воздушную истребительную армию ПВО. С июня 1954 года - заместитель командующего, затем 1-й заместитель командующего этой армией. С августа 1956 года исполнял обязанности генерал - инспектора по авиации и ПВО Штаба ОВС государств - участников Варшавского Договора и 10-го управления Генштаба, а с августа 1960 года - ПВО стран народной демократии и главнокомандующего Войсками ПВО страны.

С 1966 года генерал - лейтенант авиации  ( звание присвоено в 1958 году )  И. Г. Пунтус - в запасе. Умер 26 октября 1990 года в Москве.

Награждён орденами: Ленина, Красного Знамени  ( дважды ), Кутузова 2-й степени, Отечественной войны 1-й степени  ( дважды ), Красной Звезды; медалями.

*     *     *

СОВЕТСКИЕ ДОБРОВОЛЬЦЫ В КИТАЕ

...С захватом Шанхая японские войска двинулись вверх по реке Янцзы к Нанкину. 20 ноября 1937 года началось третье и последнее японское "воздушное наступление" на временную столицу Китая. Хотя сопротивление на земле было малоэффективным, прикрытие с воздуха столицы и города Наньчан, ставшего второй основной целью, резко усилили "добровольческие" эскадрильи ВВС РККА, прибывшие в Нанкин как раз вовремя, чтобы укрепить изрядно потрёпанную противовоздушную оборону. Во время этих боёв, продолжавшихся и после взятия Нанкина примерно до 22 декабря, истребители А5М из 12-го, 13-го авиаотрядов и с авианосца "Kaгa" постоянно сопровождали бомбардировщики Хирю G2H1 и Мицубиси G3M2. При этом А5М якобы уничтожили 38 вражеских самолётов. Тем не менее японцы признали, что советские И-15 и И-16, поспешно вступившие в бой над Нанкином и Наньчаном, сумели, в некоторой степени, достичь локального превосходства в воздухе. В последней декаде ноября боевой счёт лётчиков императорского флота резко затормозил свой рост - 2 самолёта 22 ноября и ещё 2 двумя днями спустя, несмотря на многочисленные стычки.

Советские истребители, получившие в Китае новые прозвища   ( И-16 - "ласточка", И-15 - "чиж")  сражались действительно в одном строю с американскими "ястребами"  ( "Хоуками" ), своими основными соперниками в Испании, "пиренейскими сверчками"  ( итальянскими "Фиат" CR-32 ), английскими "Гладиаторами" и французскими "Девуатинами" D-510. Особых поправок на разнотипность машин не делалось. В Наньчане объединённой советско - китайской истребительной авиагруппой из 30 машин некоторое время командовал Дун Миндэ.

Однако пилоты А5М вскоре освоились с советскими истребителями и 2 декабря, по японским данным, в "численном меньшинстве" сбили 7 китайских истребителей и 3 СБ. Японцы также утверждают, что уже в первой схватке с участием И-16 6 А5М из 13-го авиаотряда под командованием лейтенанта М. Нанго без потерь выдержали бой с 20 "ласточками". Свой успех они объяснили, в основном, неопытностью советских лётчиков. Китайцы пишут, что 3 декабря в воздушном бою над Нанкином участвовали на "Хоуках" командир 21-й эскадрильи Дун Миндэ и его заместитель Лэ Ицинь. Последний, к этому времени уже награждённый китайским Золотым орденом за военные заслуги, погиб.

Любопытный случай, подтвердивший надёжность нового японского истребителя А5М  ( "тип 96" )  произошёл 9 декабря в воздушном бою над Наньчаном. В спешке запущенный в серию, первоначально он считался недостаточно прочным. Однако в дальнейшем прочность его металлической конструкции удивляла даже самих японцев - истребитель достаточно хорошо "держал" пули ШКАСов. 9 декабря А5М1 унтер - офицера К. Касимуры из 13-го авиаотряда в воздухе столкнулся с китайским "Хоуком" III, якобы уже сбитым и беспорядочно падающим. Треть левого крыла японского истребителя отлетела, но Касимура сумел благополучно вернуться на базу. В этом бою 7 А5М сражались с 20 китайскими и советскими истребителями. Японцы объявили, что сбили 12 самолётов противника, потеряв один А5М.

Китайцы сообщили, что этот А5М сбил командир 26-й эскадрильи Ван Хансюнь, вступивший в бой в составе группы из 4 "Хоуков". Сами они в том бою потеряли 3 самолёта, в том числе и "Хоук" № 2604, на нём летел присланный из Уханя пилот Чжоу Гуанъм. В бою участвовали новый командир 29-й эскадрильи Лимь Цзюэтянь и лейтенант Гуань Чхуяцзе из 9-й эскадрильи  ( "Хоук" № 2606 ). Оба были сбиты, Гуань Чхуяцзе выпрыгнул с парашютом из загоревшейся машины, но был расстрелян японцами на земле. Кто из этих лётчиков "поцеловался" с Касимурой и при каких обстоятельствах - неизвестно. Кстати, воздушные тараны в той войне были далеко не редкостью. У нас стал широко известен только один таран 31 мая 1938 года, совершённый Антоном Губенко.

Вместе с тем китайцы и наши добровольцы на советских истребителях совершили ещё несколько таранов. 18 февраля 1938 года в крупном воздушном бою над Ханькоу лётчик 22-й эскадрильи У Динчэнь таранил на И-15 японский самолёт и спасся на парашюте. 29 апреля 1938 года тоже над Ханькоу геройски погиб младший лейтенант Чэнь Хуайминь из 23-й эскадрильи. Когда его И-15 окружили 5 японцев и истребитель получил многочисленные пробоины, лётчик не воспользовался парашютом, а протаранил вражеский самолёт и погиб. Его тело месяц спустя обнаружили в реке Янцзы. Китайские историки упоминают и ещё один таран: в том же бою героически погиб советский доброволец старший лейтенант Я. 3. Шустер  ( по - китайски - "Шу Сыде" ). Но по мнению истребителя Н. Г. Козлова, при атаке противника в упор он просто не рассчитал выхода из атаки и столкнулся с японцем.

Доброволец Д. Кудымов упоминает лётчика Шарая, который после изнурительных маневров в "карусели" сумел зайти в хвост опытному противнику, но очереди не последовало. Тогда разгорячённый боем советский доброволец вплотную приблизился - "хоть попугать !" и... врезался в противника. Он получил орден Красного Знамени. Однако, наблюдавший за боем с земли врач С. С. Белолипецкий обрисовал несколько иную картину:

"На небольшой высоте шёл бой И-16 с И-96. После короткой "карусели" японец вдруг круто взмыл вверх, повернул влево и сверху вниз дал пулемётную очередь по своему противнику. "Ласточка" пошла на снижение. Казалось, японец победил. Но вдруг он "провалился", задел по пути "ласточку" и врезался в землю".

Легко раненный в ноги Шарай посадил поврежденный самолёт, в котором пуля японца взорвала патронный ящик. Как писал врач, судя по найденным у японца документам, он оказался воздушным асом.

Бой проходил в июле - августе 1938 года над Наньчаном и не исключено, что его противником оказался очень известный японский лётчик - лейтенант М. Нанго, погибший 18 июля над Наночаном. По словам японцев, это вызвало настоящий шок в Японии. В тот день 6 А5М из только что сформированного 15-го авиаотряда встретились с 11 китайскими Глостер "Гладиаторами" Мк.1. Когда ведущий группы М. Нанго добил повреждённый китайский истребитель и разворачивался для поиска нового противника, в него врезался другой горящий китайский самолёт. Обе машины рухнули в озеро. Китайцы подробностей этого боя не сообщают, а в английских источниках можно встретить утверждение, что в Нанго врезался советский доброволец В. Дудонов, спасшийся на парашюте.

Японцы пишут только об одном своём таране - 22 декабря 1937 года лейтенант Н. Оббаяси над Нанчаном врезался в И-16 и погиб. Он летел во главе группы 12 А5М из 13-го авиаотряда и с авианосца "Kara". Его "визави" оказался лейтенант Г. Я. Кашин, единственный погибший в тот день и похороненный в Наньчане. По японским данным, ведомые Оббаяси якобы уничтожили в том бою дюжину китайских истребителей.

Не очень ясно, являлся ли Оббаяси и другие японцы законченными "камикадзе" или же их тараны были инициированы ходом боя. Воевавший в Испании и на Халхин - Голе истребитель Б. А. Смирнов вспоминал, что в последних боях в Монголии среди японских истребителей появились лётчики - смертники:

"Я не могу подтвердить это какими - либо документами, но сам я уверен в этом, потому что не раз наблюдал атаки японцев, явно рассчитанные на столкновение самолётов в воздухе. И видел это не только я, но и многие мои товарищи. Мы стали осторожнее, а тех японцев, которые шли на таран, старались сбивать в первую очередь. И это нам удавалось".

Японское командование полагало, что после падения Нанкина Центральное правительство Китая рухнет и сопротивление разобьётся на отдельные очаги. Но Чай Кайши перевёл свою столицу западнее, в Ханькоу. Несмотря на огромные потери, китайцы продемонстрировали, что они готовы сражаться дальше. Новые поставки советских самолётов значительно увеличили воздушную мощь китайских ВВС, восстановив их боеспособность. Китайцы утверждают, что к началу 1938 года в их ВВС насчитывалось 390 боевых самолётов, преимущественно советского производства. Но японцы к этому времени захватили Шантунь. Их авиация продолжала налёты на Наньчан, а основное внимание теперь уделялось Уханю   ( его образовали 3 города - Ханькоу, Учан, Ханьян ).

С начала января 1938 года авиация японского флота резко увеличила частоту налётов на крупные китайские города. 4 января 16 А5М из 12-го и 13-го авиаотрядов, сопровождая бомбардировщики, сразились с группой из 18 - 20 И-15 и И-16 в бою над Ханькоу. Японцы заявили о 4 победах без потерь. В том бою вместе с советскими лётчиками участвовали китайцы из 24-й и 25-й эскадрилий на 7 "Хоуках" и Фиате CR-32. Были сбиты "Хоук" № 2303 командира 24-й эскадрильи Чжан Чжуна и лётчик из 25-й эскадрильи Сун Эньчжу. Китайский пилот Ван Фэйфэнь сумел вернуться на аэродром с повреждённым левым крылом. Три дня спустя японский лейтенант Р. Уосиода, заместитель командира истребительной группы 12-го авиаотряда, погиб при штурмовке аэродрома в Наньчане. Погибшими в те дни и похороненными в Наньчане числятся старший лейтенант К. Е. Забалуев   ( или Забулаев )  и лейтенант И. И. Потапов  ( 7 января ), а также лейтенант А. В. Орехов  ( 9 января ).

8 февраля 1938 года лётчика 25-й эскадрильи Ян Цзиэня сбили в воздушном бою над Ханькоу. Из "Хоука" № 2306 он выпрыгнул  ( это был его второй прыжок за время боёв ), но японцы его добили. Надо отметить, что японские лётчики с чисто самурайской жестокостью гонялись за подбитыми или выпрыгнувшими с парашютами лётчиками, стремясь добить ещё в воздухе или на земле. Так погибло довольно много китайских лётчиков и несколько наших добровольцев. В августе 1938 года в одном бою над Ханькоу японцы расстреляли сразу двух выпрыгнувших советских истребителей. Спасшийся 12 августа стрелок - радист со сбитого СБ  ( лётчик и штурман погибли )  рассказывал:

"Как я раскрыл парашют, не помню... Наблюдавший за мной японский истребитель начал пикировать на парашют и открыл огонь, в результате чего было несколько разрывов в куполе парашюта, но я остался невредимым. Тогда он приблизился вплотную к куполу парашюта, по всей вероятности, хотел подцепить меня на шасси и привезти на свою территорию как трофей. Я активно защищался, стал скользить на парашюте, резко терять высоту. Произведя 3 - 4 неудачных атаки, японец оставил меня в покое..."

В тот день погибли старшие лейтенанты Ф. Д. Гулый, Н. М. Терехов, Х. Х. Чуряков и лейтенант А. Г. Макляк.

К февралю 1938 года наконец закончилось переучивание на И-15 и И-16 первых китайских авиачастей, и они начали принимать участие в боях. К этому времени боеспособных "Хоуков" III у китайцев почти не осталось. В 1938 - 1939 годах их авиазаводы сумели собрать или восстановить 28 машин, этим и ограничивалось участие "Хоуков" в дальнейших боях. По мере роста потерь, эскадрильи по приказу Авиационного комитета передавали свои уцелевшие истребители ещё боеспособным авиачастям  ( иногда в состав другой авиагруппы переводили эскадрилью полностью ), а сами отправлялись на переучивание. Так, в конце 1937 года к 4-й авиагруппе постепенно присоединилась и 3-я, осваивавшая И-15. 17-ю эскадрилью накануне падения Нанкина передали в 5-ю авиагруппу и отправили за И-15. 26-ю эскадрилью вывели из боёв в январе 1938 года и отправили в Ланьчжоу за И-16. К весне 1938 года большинство китайских лётчиков уже пересело на советские истребители.

4-ю авиагруппу на новеньких И-16 сосредоточили в городе Фэньчэн в окрестностях Уханя. Первый крупный воздушный бой состоялся 18 февраля. В налёте на Ханькоу участвовали 12 "тяжёлых"  ( по китайским меркам )  бомбардировщиков G3M2 в сопровождении 26 истребителей А5М из 12-го и 13-го авиаотрядов. Историки из КНР пишут, что сразу же им навстречу поднялась практически вся 4-я авиагруппа - 29 И-16. Спустя 12 минут ожесточённого боя 12 японцев сбили, остальных рассеяли. Погиб ведущий группы японских истребителей лейтенант Т. Канеко. В бою были сбиты 5 И-16, погибли командир 4-й авиагруппы Ли Гуйдань, командир 23-й эскадрильи Люй Цзи - Чунь и 3 лётчика.

По тайваньским данным, за 12 минут было сбито 14 японских самолётов. Они также утверждают, что в бою, кроме И-16, участвовали И-15 из 22-й и 23-й эскадрилий   ( из 23-й - 8 машин ). Лётчики каждой из этих эскадрилий сбили по 4 японца. В бою погибли 3 лётчика из 22-й эскадрильи, был сбит и выпрыгнул с парашютом командир 22-й эскадрильи Лю Чжихань. Его заместитель был ранен и совершил вынужденную посадку. Упоминавшийся У Динчэнь таранил японца и спасся на парашюте.

По воспоминаниям добровольца А. З. Душина, около 10 часов утра они взлетели по тревоге и на высоте 4500 метров оказались под кучевыми облаками. Стрела на земле показывала направление, откуда должны были появиться японцы. После 10 минут полёта этим курсом они развернулись и пошли обратно, а вскоре обнаружили на 1500 - 2000 метров ниже себя идущие плотным строем три девятки японских бомбардировщиков. Почти сразу же появились японские истребители, шедшие выше облаков. Они начали пикировать на советских добровольцев на встречных курсах, и инициатива оставалась за ними. Душина атаковали 3 японца, он последовательно обстрелял всех троих, сноп пуль, по его словам, прошил один самолёт, но он не загорелся. Два А5М его зажали, но выручила маневренность И-15бис.

Лётчик попытался уйти от них пикированием, но на выходе его поджидал третий японец. Здесь ему на выручку подоспел И-16, позже выяснилось, что это был сам Благовещенский  ( по другим данным - И. Пунтус ). Затем Душин догнал "своего" японца и метров с 25 открыл огонь. Но очереди внезапно прекратились, так как закончились патроны. Тем не менее А5М сделал неестественную горку и исчез из поля зрения лётчика. Спустя несколько дней и этом районе нашли японский истребитель, по мнению Душина, "тот самый". Приехавший позднее в Китай К. К. Коккинаки упоминал имена погибших в том бою 4 японских асов - Каваниси Есихиро, Сираи Садао, Куримото Тосики и Минамиго Сегеаки, в других источниках эти имена не встречаются. В бою погиб и командир эскадрильи И-15 Н. А. Смирнов, за самолётом которого, как выяснилось позже, японцы специально охотились, и ещё один советский доброволец. После гибели Н. Смирнова командиром официально стал А. С. Зингаев, но "шефом" группы оставался сам А. С. Благовещенский.

По японским же данным, в бою над Ханькоу 18 февраля участвовали 18 И-15 и 18 И-16. Японцы посчитали сбитыми 2 И-16 и 14 И-15, сами потеряли 4 А5М, в том числе машину лейтенанта Т. Канеко, сменившего Усииде на посту заместителя командира истребительной группы 12-го отряда. Неделю спустя над Наньчаном сбили другого заместителя, лейтенанта С. Таками вместе с ещё одним лётчиком, В этот день 18 истребителей А5М 12-го и 13-го авиаотрядов столкнулись примерно с 50 И-15 и И-16. Японцы объявили о 27 победах. В этом первом для себя бою унтер - офицер Т. Ивамото, ставший лучшим асом императорского флота из числа летавших на А5М, якобы уничтожил 5 истребителей противника и за один боевой вылет сразу стал асом. Из других источников следует, что в этот день с 15 И-15 и 11 И-16 сражались 18 А5М, сопровождавшие 35 G3M2. Китайцы якобы потеряли один самолёт, ещё 4 были серьёзно повреждены. Ни китайцы, ни наши лётчики о крупном воздушном бою над Наньчаном в этот день не упоминают. Однако по архивным данным, Н. А. Смирнов числится погибшим 25 февраля и похороненным в Наньчане вместе с погибшими 25 февраля лейтенантами Н. И. Васильевым и С. Д. Смирновым. Не исключено, что один из них вместе со Н. А. Смирновым погиб 18 февраля над Ханькоу.

Есть данные, что за 2 месяца 1938 года китайские и советские истребители совершили около 250 боевых вылетов, сбив около 30 японских самолётов. В 27 воздушных боях ВВС Гоминьдана потеряли 31 самолёт и 22 лётчика. По словам Душина, сбитый им 18 февраля А5М2а отремонтировали, и на нём летали Благовещенский и Захаров. Летом 1938 года последний попытался перегнать его в Советский Союз. Однако командир бомбардировщиков С. В. Слюсарев, со слов Захарова, утверждает, что японца, чей "тип 96" позже отремонтировали, "приземлили" Захаров на И-15 и молодой китаец Тун на И-16, повредив ему мотор, причём ещё в первых числах февраля 1938 года. Самолёт восстановили за 2 - 3 недели. Сам Захаров относит этот эпизод ближе к лету 1938 года, а за "типом 96" они гонялись, но не могли заполучить почти год. При перегонке его в СССР Захаров из - за диверсии  ( в бензобак подсыпали сахар )  в горах потерпел аварию, серьёзно повредив левую руку.

Не исключено, что речь идёт о разных машинах, ведь трофеями советских добровольцев стали 2 лётных А5М2а. Второй доставили в СССР другим путём, хотя С. В. Слюсарев утверждает, что на втором А5М из - за аналогичной диверсии потерпел аварию и был травмирован А. С. Благовещенский. Доставленный в СССР истребитель "Мицубиси" испытывали в НИИ ВВС, но в августе 1939 года во время учебного боя с И-153 А5М разбился, лётчик - испытатель Вахрушев погиб.

Пунтус Иван Григорьевич

В марте 1938 года начались ожесточённые бои за Тайэрчжуан и Цзаоч - жуан  ( провинция Хубэй ). В Сяогань для поддержки сухопутных войск направили закончившие переучивание на И-15 7-ю и 8-ю эскадрильи. 24 марта 1938 года 14 И-15, ведомые командиром 7-й эскадрильи У Жулю, с подвешенными 25-кг бомбами полетели из Гуйдэ  ( провинция Хэнань )  бомбить города Линчен и Ханьчжуан в провинции Шаньдун. На обратном пути их перехватили японцы, завязался жестокий воздушный бой. По тайваньским данным, было сбито 6 японских самолётов. У китайцев в 7-й эскадрилье были сбиты самолёты №№ 5864, 5860  ( загорелся ), 5866  ( пошёл на вынужденную и сел на пшеничное поле ). В 8-й эскадрилье были подбиты И-15 командира эскадрильи Лу Гуанцю, его заместителя Хэ Синя  ( № 5911 )  и лётчика Мо Сю  ( № 5913 ). Двое последних выпрыгнули с парашютами и были уничтожены японцами. Помимо этого, лётчики Хуан Минсян и Пикап были ранены и совершили вынужденные посадки. В это же время 17-ю и 25-ю эскадрилью на И-15 сосредоточили в Сиане  ( провинция Шэньси ).

8 марта 1938 года объединённая группа И-15 из двух эскадрилий вылетела из Сианя на штурмовку Фэнлинду. После сброса 25-кг бомб они наткнулись на японцев. Лётчиков Сун Гуачэна и Ло Чуньтуна сбили, лётчики Лю Цзингуан и Лю Ицзи были ранены, а Чжоу Синянь выпрыгнул с парашютом.

В апреле 1938 года японцы потерпели большое поражение в битве под Тайерчжуаном. Китайские регулярные войска и партизаны численностью более 200 000 солдат под командованием генерала Ли Цунженя отрезали и окружили 60-тысячную японскую армии. Японцы в конце концов пробились на север, потеряв около 20 000 убитыми и раненными. В бою 29 апреля 1938 года свои боевые счета пополнили А. Благовещенский, А. Грисенко, А. Губенко, А. Душин, Г. Захаров, А. Зингаев, Г. Кравченко, И. Пунтус и другие. Крупный успех наши добровольцы объяснили опозданием японских истребителей к месту сбора с бомбардировщиками а сами они сумели удачно воспользовались облачностью.

В свою очередь японцы пишут, что когда их соединение появилось над Ханькоу, на перехват поднялось 78 истребителей И-15 и И-16. В 30-минутном бою они якобы уничтожили не менее 40 китайских самолётов, сами они потеряли только 2 А5М и 2 G3M2. При этом японцы отнесли большую часть своего успеха за счёт неопытности своих противников. По другим данным  ( тоже на основе японских источников )  в бою участвовало 67 советских самолётов, в том числе 19 И-15бис и 6 И-16. Здесь утверждают, что китайцы потеряли 9 самолётов. Японцы пишут что, несмотря на столь серьёзный удар, через месяц они поняли, что численность самолётов в ПВО Ханькоу восстановилась  ( что совсем неудивительно, учитывая реальный исход боёв ). Кстати, именно в апреле 13-й авиаотряд, понесший в воздушных боях большие потери был отведён в район Шанхая на переформирование.

Японское правительство косвенно признало высокую эффективность действий советских лётчиков, в апреле 1938 года по дипломатическим каналам потребовав от СССР отозвать их из Китая. Естественно, что это требование было категорически и недвусмысленно отвергнуто. Нарком иностранных дел М. М. Литвинов официально заявил что СССР вправе оказывать помощь любому иностранному государству и что "претензии японского правительства тем более непонятны что, по уверению японских властей, в Китае нет сейчас воины и Япония вовсе не воюет с Китаем а то, что в Китае происходит квалифицируется Японией лишь как "инцидент" более или менее случайный и не имеющий ничего общего с состоянием воины между двумя независимыми государствами". Наши добровольцы продолжали воевать в Китае...

Анатолий Демин


Возврат

Н а з а д



Главная |  |  | Источники | 

    -->      © AirFighters.RU